О братьях Мефодии и Кирилле

Алексей Шатров

 

1a1a1adКак гласит традиция, братья родились в греческих Фессалониках (то есть, Салониках, которые неграмотные пока ещё славяне прозвали Солунь – потому и братья стали у нас Солунскими). Старший, Михаил, (будущий Мефодий) сделает внушительную военно-административную карьеру – но потом по неясным причинам пострижётся в монахи. Младший, Константин, (будущий Кирилл) с детства имел склонность к книжному знанию и уединению. С уединением, впрочем, получалось плохо – несмотря на рано принятый сан, его не отпускали из Константинополя, где Философ (почётное прозвище Константина) преподавал и одерживал блестящие победы в диспутах. Читать дальше »

Категории:История, Основные разделы, Религии мира

Надежда в миросозерцании Достоевского

Татьяна Касаткина

 

xotaka_165«Да, конечно, господа насмешники, настоящих христиан ещё ужасно мало (хотя они и есть). Но почем вы знаете, сколько именно надо их, чтоб не умирал идеал Христианства в народе, а с ним и великая надежда его?» - напишет Ф.М. Достоевский в «Дневнике писателя за 1880» (Гл. 3, главка 3; 26, 164).

О чем нам здесь говорится? О довольно неожиданной вещи. Чтобы не умирала надежда – нужно, чтобы то, на что надеются, уже присутствовало. Чтобы не умирал идеал – нужно, чтобы он уже был воплощен. Нельзя надеяться на то, чего нет. То, чего нет, не может быть идеалом, это мечта, туман, греза, бесплотное и бесплодное создание воображения.

Надежда – не мечта и не фантазия. Надежда – форма присутствия, так же, как и память. Память – это форма присутствия прошлого в настоящем. Надежда – это форма присутствия будущего в настоящем. Память и надежда – способы, какими время становится для нас областью нашей свободы, становится доступно нам за пределами предельно краткого мгновения настоящего. Читать дальше »

Категории:Библиотека, История, Книги, Основные разделы

Иоганн Филипп Кирнбергер

Наталья Колесникова

1aa1aaИоганн Филипп Кирнбергер (нем. Johann Philipp Kirnberger; крещён 24 апреля 1721, Заальфельд — 27 июля 1783, Берлин) — немецкий теоретик музыки, композитор, скрипач, педагог.

По утверждению Ф. В. Марпурга, Кирнбергер в 1739—41 годах учился в Лейпциге у И. С. Баха, которого считал крупнейшим немецким композитором. В 1741 - 50 годах служил учителем музыки и капельмейстером в польских аристократических семьях, был капельмейстером женского монастыря во Львове. С 1754 года Кирнбергер - скрипач и капельмейстер придворной капеллы в Берлине, обучал композиции Анну Амалию Прусскую, младшую сестру короля Пруссии Фридриха Великого.

Кирнбергер добивался публикации хоральных обработок Баха, о которых в письме лейпцигскому издателю Брейткопфу писал так: Читать дальше »

Категории:Библиотека, История, Музыка, Основные разделы

Молодость Карла XII

Сергей Эдуардович Цветков

Ещё ребёнку мне дал Один смелое сердце.
Сага об Олафе Трюггвассоне

1. Отец

Отец Карла XII Карл XI родился 24 ноября 1655 года и был возведен на престол в пятилетнем возрасте. Ничто не предвещало в нем будущего неограниченного правителя Швеции. Карл XI рос застенчивым юношей, который на заседаниях Государственного совета боязливо шептал свое мнение на ухо председательствующей матери. Перелом в его характере произошел после битвы с датчанами при Лунде (1676), где Карл XI, командовавший правым крылом шведов, обратил в бегство левый фланг датчан и решил исход сражения. Читать дальше »

Категории:История, Основные разделы

Почему «Двенадцать» Блока нельзя понять без Достоевского

Татьяна Касаткина

 

xotaka_39

Выстрел в Христа у Блока в финале поэмы «Двенадцать» имеет в русской литературе свой прецедентный текст. Это выстрел в Христа у Достоевского в главе «Влас» «Дневника писателя 1873 года».

Оба текста просто на удивление похожи и тематически, и структурно. И в том, и в другом тексте выстрел в Христа производится на фоне «кутежа», безудержа народа, освобожденного и пробующего на вкус обретенную свободу. И в том, и в другом тексте Христос сталкивается с разгулом народной «дерзости». Деревенские парни у Достоевского так и спорят – о том, «кто кого дерзостнее сделает» (21, 34). Красноармейцы стреляют в Христа, не видя, в Кого стреляют, но вполне закономерно подведенные к этому выстрелу «программным» заявлением: «Пальнем-ка пулей в святую Русь». Парень у Достоевского не знает, чего от него потребует его сообщник, но весь ход событий с говением и выносом причастия из храма, показывает ему, в каком направлении движется, нарастая, их общая «дерзость». Достоевский только доводит свой текст чуть дальше, чем Блок – свой, показывая в конце концов стрелку его настоящую мишень. И показывая затем читателю, что происходит с решившимся «на все» человеком, опознавшим вдруг истинный Объект своего «дерзновения».

Читать дальше »

Категории:Библиотека, История, Книги, Основные разделы

Князь Цицианов, или по стопам барона Мюнхгаузена.

Сергей Эдуардович Цветков

Tsitsianov_newУ барона Мюнхгаузена была масса учеников и последователей в других странах. В России начала XIX века вдохновенными рассказами небылиц особенно прославился князь Дмитрий Евсеевич Цицианов, грузин по происхождению.

Однажды рассказывал он, что за ним бежала бешеная собака и слегка укусила его в икру. На другой день камердинер прибегает и говорит:
— Ваше сиятельство, извольте выйти в уборную и посмотрите, что там творится.
«Захожу я и что же вижу? — продолжал Цицианов: — Вообразите, мои фраки сбесились и скачут».

В другой раз он преспокойно уверял своих собеседников, что в Грузии очень выгодно иметь суконную фабрику, так как нет надобности красить пряжу: овцы родятся разноцветными, и при заходе солнца стада этих цветных овец представляют собой прелестную картину. Читать дальше »

Категории:История, Основные разделы, Юмор

О Франциске Ксаверии, крестителе Востока.

Алексей Шатров

Происходя из знатного баскского рода, Франциск с рождения имел неограниченные карьерные перспективы… (Впрочем, на самом деле, выбор у средневекового дворянина был невелик – меч, либо сутана). Увы, после некстати случившейся войны между Наваррой и Кастилией, дела семьи пошатнутся (вплоть до потери фамильного замка Хавьер) – и девятнадцатилетнего молодого человека, от греха, отправляют в Париж, учиться на священника…

Случилось так, что его соседом по комнате станет земляк, Игнатий Лойола. (Как говорится: «неисповедимы пути…» – хотя до встречи их взгляды на жизнь сильно разнились!.. Тридцатипятилетний Лойола успел повоевать, едва не лишился ноги – и уверовал, вынужденно читая духовную литературу во время лечения… Помыслы же тогдашнего Франциска были всё больше о выгодной церковной должности где-нибудь в родных краях… Так что, по собственным словам Игнатия, младший товарищ станет «…самым крутым куском теста, который ему случилось перемесить». (К слову – обоих канонизируют в один день – и менее чем через столетие. Но мы забежали вперёд). Читать дальше »

Категории:История, Основные разделы, Религии мира